Сайт ценителей творчества Тимура Шаова
"Я вовсе не отношу себя к фанатам Шаова. Очень придирчиво к нему отношусь, но
с искренним сочувствием, интересом и любовью. Это МОЙ ЧЕЛОВЕК"
Т.Зилотова
  Уважаемый читатель, если Вы считаете себя достаточно эрудированным и/или владеете навыками поиска в интернете, пояснения и комментарии вам не нужны. Думайте сами, решайте сами, читать или не читать.
  Для перехода по зеленым ссылкам в тексте песни и просмотра комментария нажмите кнопку "Показать/Скрыть комментарий".
  Редакция сайта не претендует на владение истиной в последней инстанции, в том числе и в «Пояснениях и комментариях», поэтому готова принимать к обсуждению любые предложения по их дополнению, уточнению и исправлению.

Тимур Шаов: Разговор с критиком


Он пришёл с лицом убийцы,
С видом злого кровопийцы,
Он сказал, что он мой критик
И доброжелатель мой,
Что ему, мол, штиль мой низкий –
Эстетически неблизкий,
Я фуфло, а он – Белинский,
Весь неистовый такой.

Возмущался, что я грязно,
Своевольно, безобразно
Слово гадкое – «оргазм»
Безнаказанно пою.
«Ты ж не просто песни лепишь –
В нашу нравственность ты метишь!
За оргазм ты ответишь,
Гадом буду, зуб даю!»

Я пристыженно заохал,
Стал прощения просить.
Сам подумал: «Дело плохо,
Этот может укусить».
Распалился он безмерно,
Оскорбить меня хотел.
«Ты вообще нудист, наверно!
А ещё очки надел!

Нет, спеть бы про палатку и костёр,
Про то, как нам не страшен дождик хмурый!
Но ты засел, как вредоносный солитёр
Во чреве исстрадавшейся культуры!»

Культуры –
Мультуры,
Куль-куль-куль-куль,
Муль-муль-муль-муль.

Вреден я, не отпираюсь.
Утопил Му-Му я, каюсь.
Всё скажу, во всём сознаюсь,
Только не вели казнить.
Это я бомбил Балканы,
Я замучил Корвалана,
И Александра Мирзаяна
Я планировал убить.

А как выпью политуру,
Так сажусь писать халтуру.
Постамент родной культуры
Я царапаю гвоздём.
Клеветник и очернитель,
Юных девушек растлитель,
И вообще я – врач-вредитель,
Приходите на приём!

Если есть где рай для бардов –
Я туда не попаду.
Если есть где ад для бардов,
То гореть мне в том аду.
А в раю стоят палатки,
Всё халявное кругом:
Чай густой, а уксус сладкий,
И все песни лишь о том, что:

Да здравствуют палатки и костёр,
Наш строй гуманный, развитой туризм,
Ведёт народ к победам ля минор.
Всё остальное – ревизионизм.

И разгневанный радетель
За чужую добродетель
На меня за песни эти
Епитимью наложил:
«Ты обязан, хоть ты тресни,
Написать сто двадцать песен
О туризме и о лесе,
Кровью всё – взамен чернил».

Думал я: «Достал, постылый!
Чо те надо-то, мужик?
Серафим ты шестикрылый,
Ну вырви грешный мой язык!
»
Слушал я, ушами хлопал,
А когда совсем устал,
То сказал я громко: «Жопа!»
Тут он в обморок упал.

Но с тех пор в душе покоя нет,
И от переживания такого
Как-то мне приснился Афанасий Фет,
Бьющий Иван Семёныча Баркова.

Он лупил его кастетом,
Приговаривал при этом:
«Я пришёл к тебе с приветом
Рассказать, что солнце встало
,
Что воспитанным поэтам
Выражаться не пристало».
А Барков просил прощенья,
Сжёг поэму про Луку.
Вот такое вот знаменье
Мне приснилось, дураку.

Но я песню написал назло врагам,
Как одна возлюбленная пара
У костра, в палатке, под гитару
Получила пламенный оргазм.


Back to Top


Рейтинг@Mail.ru

View My Stats