В тяжёлом ритме болеро
Канают граждане в метро,
Канает стар, канает млад,
Канает сват, канает брат.
И оккупируют вагон
Интеллигент и гегемон,
Студенты, школьники, врачи,
Актёры, плотники, бичи,
Профессор, съехавший с ума
Над теоремою Ферма,
И гастарбайтер с бодуна,
И я, и дети, и жена,
Босяк, живущий налегке,
И негр в белом пиджаке,
И чёрт-те кто, и чёрт-те что,
И хрен с горы, и конь в пальто.
И город, с кайфом, как всегда,
По венам пустит поезда.
Надев костюмы, братаны
Выходят на тропу войны.
Предприниматель хочет спать,
Но надо, блин, предпринимать.
Вот страж порядка молодой
Шерстит брюнетов с бородой.
Весьма нервирует его
Этническое меньшинство.
Течёт толпа, а в головах –
Обрывки мыслей: о деньгах,
О сне, о сексе, о борще,
О том, как жить, как жить вообще.
Торчит фабричная труба,
Как наша общая судьба.
Богема спит, не мудрено –
Она надысь из казино.
Летят вожди на вороных,
Без отпусков, без выходных.
Летят с мигалками вперёд,
Спешат, чтоб лучше жил народ.
И контролирует ГАИ
Телодвижения твои,
И перекрёстки, и мосты,
И придорожные кусты,
И горний ангелов полёт,
И гад морских подводный ход.
Машины встали в три ряда –
Ну, с первой пробкой, господа!
И утро красит кумачом
Шкатулку с бедным Ильичом.
Глядит с кремлёвской высоты
Наш Гений Чистой Красоты.
Ах, что за город – первый сорт!
Умён, как Бог, красив, как чёрт.
Он сам себе и врач, и мент,
И донор, и реципиент.
Всё на бегу, всё на ходу,
Все начеку, все на виду.
Здесь воля чувствам неземным,
Здесь пахнет дымом выхлопным.
Сквозь шум и треск, сквозь гул и вой,
Восславим город трудовой.
Споём дежурное «ла-ла»
Про купола, колокола
Под несмолкаемый салют.
Крещендо! Славься! (Все встают)
Приезжий дух переведёт,
Присядет, «Клинского» хлебнёт,
И скажет: «Мамочки, дурдом!
Как вы живёте тут?»
Живём!
