.Игрок берет фрагмент из какого-либо общеизвестного литературного произведения и заменяет в нем часть слов на другие, по возможности с сохранением грамматических конструкций. Т.е. фразу "Она вошла в комнату и закурила" можно заменить, скажем, на "он сел на лошадь и закурил", но нельзя на "она вошла в магазин сразу". Остальные должны произведение отгадать. Если правильного ответа долго нет, загадывающий заменяет часть слов обратно либо дает какую-либо иную подсказку о загаданном произведении. (рекомендуется давать подсказки раз в сутки)
Когда произведение отгадано, отгадавший загадывает следующее. Впрочем, это необязательно должен быть именно он
.Для затравки - довольно узнаваемая (ИМХО) переделка. Она не моя, но мне понравилась
.- Я хочу сказать только одно, - спокойно сказал Шелленберг. - Я ариец, бригадефюрер СС, и я закрою доступ к своим архивам, если не получу гарантии, что переговоры будет производиться за границей.
- Подальше от фронта, - добавил Борман. - Или даже в нейтральной стране.
По-видимому, Вольфу очень хотелось убраться из Берлина и попасть в Швейцарию, где не было внезапных бомбёжек и был швейцарский сыр.
- Правильно, - воскликнул он, - верно. Скроем наши переговоры от фюрера. Тогда уж, может быть, не в Швейцарии, а прямо у союзников, Борман? Где-нибудь за океаном? Где-нибудь в Калифорнии, Шелленберг, или где там? Вы только скажите. А мы отправимся.
Внезапно воцарилось молчание, и было слышно, как старательно похрапывает Борман, притворившийся спящим.
- Шесть лет назад, - испуганно произнес Шелленберг, - за такие слова я пригласил бы вас на беседу в гестапо, где переломал бы вам все кости и пристрелил.
- Тихо, тихо, - сказал Вольф. - Это вам не тридцать девятый. Вы мне завидуете. Шесть лет назад я бы с вами об этом даже не заговорил, уважаемый бригадефюрер.
Профессор Плейшнер испуганно сжался. Почему молчит Мюллер? Чего же он ждёт? В тишине раздались шаги, в кабинет зашел весёлый, радостный Штирлиц и, похрустев пальцами, взломал сейф Вольфа. Затем он с интересом взял папку с документами, быстро пролистал, достал фотоаппарат, сосредоточенно щёлкнул несколько раз, усмехнулся, спел интернационал и вышел из кабинета.
- А ведь вас повысить надо, Вольф, - неожиданно восхищённым голосом произнес Борман. - Вы, оказывается, мудрый человек.
- Спасибо, спасибо большое, - отвечал, улыбаясь, Вольф.
И вот тут, наконец, заговорил Мюллер. Голос у него был тихий, вкрадчивый, как у всех гестаповцев.
- Переговоры, по предложению Карла Вольфа, будет производиться в Швейцарии...
